Фронтовики – главные герои этого торжества. Это сейчас они долетели сюда из Москвы чуть более чем за два часа, а когда-то дошагали пешком за четыре года. Здесь на рыбацком бастионе – одной из главных достопримечательностей Будапешта – они заметно выделяются среди толпы праздных туристов военной выправкой и блеском орденских планок. И уличные музыканты, видя их, не сговариваясь, меняют традиционный чардаш на пронзительное "На позицию девушка провожала бойца".

В Венгрии, воевавшей во Второй мировой на стороне немцев, об этом не то что забыли, скорее предпочитают не вспоминать. Здесь на горе Геллерт когда-то стоял бронзовый памятник советскому солдату. В 90-х его перенесли в другое место, а сорокаметровый монумент женщины с пальмовой ветвью стали именовать не памятником освобождения Венгрии, а монументом Свободы. Такая судьба постигла многие из четырех тысяч советских воинских мемориалов, расположенных в Европе. А советские захоронения в "Керепеши" хоть и уцелели, но давно нуждались в реконструкции. В Венгрии "Керепеши" считают национальным пантеоном. Ему 160 лет, и по здешним аллеям запросто гуляют туристы, горожане и даже мамы с колясками.

На территории 56 гектаров расположился настоящий скульптурный парк. На фоне всего этого культурного великолепия советский участок кладбища выглядит более чем скромно: газоны, бетонные бордюры, покосившиеся от времени обелиски. К тому же, кроме непосредственной реконструкции советский участок требует и кропотливой архивной работы. Здесь не раз перезахоранивали прах с упраздняемых городских кладбищ и братских могил, что привело к немалой путанице.

Главный архитектор проекта реконструкции Инна Заяц 27 лет в профессии. За плечами – фасады Екатерининского дворца и арсенал в Пушкине. Мемориал для нее первый. С технической точки зрения, говорит она, разницы никакой. Но все гораздо пронзительней. Когда видишь даты рождения и смерти, ком в горле. Здесь лежат 18-19-летние мальчишки. Обиходить их могилы – дело чести.

Реставраторы впервые пришли сюда еще в декабре. Делали фотофиксацию, шурфы грунта, первые обмерные чертежи. Прибором, похожим на подвижную линейку, снимают контуры барельефов. Потом их обведут на бумаге, и по ним памятник всегда смогут восстановить в первозданном виде. А с помощью кальки и простого грифельного карандаша на камне ищут полустершиеся надписи.

Пока реставрационные работы в самом начале. Старт им дал руководитель фонда "Поколение" Андрей Скоч и рассказал, что на эту мысль его натолкнула подлинная история одной белгородской жительницы, хранившей у себя останки 11 красноармейцев, расстрелянных в 43-м.

– При ней их расстреляли, – рассказал Андрей Владимирович, – и она с мамой захоронила их в огороде. Потом, когда прошло несколько лет, она их откопала и сложила в чулан. Так они и хранились вплоть до 2007 года, когда она написала мне письмо. Мы захоронили этих солдат. Спустя буквально несколько месяцев я познакомился с представителем Министерства обороны, который, узнав об этом случае, предложил мне реставрировать военное кладбище в Порт-Артуре (Китай). Сердце отозвалось. Каждый человек делает то, что он хочет. Я почувствовал в себе желание и сделал.

Генерал-лейтенант Йожеф Холло – выпускник академии имени Фрунзе. Оттого неплохо говорит по-русски. Бывший директор Военно-исторического института, будучи на пенсии, активно занимается архивными изысканиями, в том числе и на территории Воронежской области, где расположены масштабные захоронения венгерских солдат. "Мертвый солдат –уже не противник, – считает он. – Каждого солдата ждали дома близкие, и это гуманическая работа, которую нельзя смешивать с политикой. Это вне политики".

Без всякой политики в тот же день на кладбище заложили часовенку, молитвы над которой прочитал и православный, и католический священники.

По планам реставраторов примерно за год здесь соорудят фундамент под каждый памятник, проведут ливневку, заменят бетонные плиты на каменные, обновят надписи, высадят цветы и деревья. И уже к следующему Дню Победы советский участок "Керепеши" будет выглядеть иначе, а значит, фонд "Поколение" реставрирует здесь не только кладбище, но и имидж великой державы, которая "своих не бросает".