В городе в 30 км от границы спасатели 52-й части выполняют задачи, далёкие от привычных представлений о работе пожарных. Под постоянными атаками противника они не только борются с огнём, но и ликвидируют последствия разрушений, оказывают первую помощь, эвакуируют пострадавших, разбирают завалы.
Их работа – это не просто профессия. Это ежедневный риск, физическое и нервное напряжение. Но несмотря на испытания, они продолжают выезжать на вызовы. Потому что научились справляться – без громких слов, через порядок и взаимовыручку.
Утро из жизни караула
День спасателей начинается задолго до первых вызовов. Чёткий распорядок – залог слаженных действий в экстремальных условиях. Дежурная смена готовится передать пост новому караулу, а заступающие пожарные проходят обязательную проверку экипировки: каски, защитные костюмы, дыхательные аппараты – всё снаряжение должно быть в безупречном состоянии. Любая неисправность может стать критической, когда счёт идёт на секунды.
«Утро начинается с построения: заступающий и сменяющийся караулы собираются в отведённых местах. Сменяющийся караул подводит итоги суток, а заступающему проводят инструктаж по технике безопасности – при тушении пожаров и проведении аварийноспасательных работ. После постановки задач на сутки проходит развод и приём дежурства: проверяется техника и помещения», – рассказывает начальник 52 ПСЧ, старший лейтенант внутренней службы Артём Коптев.
Так начинается день пожарных 52-й части – с дисциплины, внимания к деталям и осознания важности своей миссии. Когда звучит сигнал тревоги, они уже готовы действовать: быстро, чётко, профессионально.
Роли, которые знают как «дважды два»
В карауле нет места неопределённости: каждый сотрудник знает свои задачи до мельчайших деталей. Чёткое распределение ролей превращает группу людей в слаженную команду, способную противостоять любой опасности.
«Все обязанности у нас распределены приказом. Начиная от начальника караула, помощника начальника караула, командира отделения, старший пожарный, пожарные, старший инструктор по вождению пожарных. У каждого есть свои обязанности, то, что они принимают, зачем они закреплены, что они смотрят», – отмечает помощник начальника караула, старший прапорщик внутренней службы Николай Афанасьев.
Главные задачи – ликвидация возможного пожара и спасение людей.
Роли, выученные как «дважды два», – основа безопасности. В критический момент начинают работать рефлексы, которые спасают жизни: и тех, кто в огне, и тех, кто идёт в него.
В карауле нет места неопределённости: каждый знает что, как и когда делать. Это знание – главное оружие против хаоса, залог слаженных действий там, где каждая секунда на счету.
Фото: предоставлены начальником 52 ПСЧ Артёмом Коптевым
Новая реальность: вызовы под огнём врага
Жизнь и работа пожарных изменилась с началом СВО. Теперь это не просто борьба со стихией, а ежедневное противостояние ударам врага. В округе постоянно слышны звуки сирен и разрывы – и неизвестно, что ждёт на этот раз: горящий дом после прилёта или очередная атака дрона. Спасатели – одни из первых, кто прибывает на места вражеских ударов. Им приходится тушить пожары, разбирать завалы и вытаскивать раненых, рискуя попасть под повторный удар. Каждый вызов проверяет на прочность.
«В среднем так. За сутки было максимально 16 выездов. В основном все связаны с обстрелами, с атаками БПЛА противника. Бытовые пожары в данный период – минимальное количество. У нас, начиная с 2026 года, бытовых пожаров около пяти», – отмечает Артём Коптев.
Эти цифры наглядно показывают масштаб перемен: если раньше пожарные могли рассчитывать на относительно предсказуемую нагрузку, то сейчас их график подчиняется ритму боевых действий.
Работа вблизи границы требует особой защиты. Техника и люди, выезды –под постоянным прицелом. Враг целенаправленно атакует пожарных, которые приходят на помощь мирным жителям.
«Для приграничья в основном требуется бронированная техника, так как за нами ведётся охота Каждый «Урал» по три раза был атакован дроном», – подсчитывает начальник 52 ПСЧ.
Одним из самых тяжёлых вызовов был в посёлок Ленинский. Спасателям пришлось действовать в условиях, где каждый шаг мог стать последним.
«Оставили машину в посадке. Пошли пешим ходом на разведку посмотреть, что с домами. В небе висел вражеский дрон, он нас «срисовал». И начал работать по нам АГС, (автоматический гранатомёт). Мы быстро, быстро бежали. Жуткая картина. Пришлось убегать в бетонную остановку. Мы в неё забежали. И дрон завис над столбом. Он нас контролировал, смотрел. Потом улетел в сторону границы. Водитель остался возле машины на радиостанции. Мы взяли радиостанцию и пошли посмотреть обстановку, что там творится. Начал работать АГС. Гранаты начали ложиться за домами в огородах. Вот так вот – в шахматном порядке. Пришлось оттуда убегать», – делится Артём Владимирович.
Работа в городе, который ежедневно атакуют дроны и нередко обстреливают, требует от пожарных не только выносливости. Мужчины рассказывают об ударах ВСУ хладнокровно – признаются, без «остывшей головы» работать нельзя, иначе это сломает.
Так, в один из дней БПЛА атаковал заправку в нескольких метрах от станции спасателей. Была угроза повторной атаки.
«Газовую заправку дважды атаковали на третьем карауле. Ездили, тушили. И там была возможна повторная атака, То есть, рискуя жизнями, ребята тушили газовую заправку и потом быстренько выезжали», – говорит старший лейтенант внутренней службы Артём Коптев.
Спасали и тех, кто оказался в полной изоляции. Один из самых сложных случаев произошёл в прошлом году после атаки дрона на лакокрасочное предприятие.
«Бытовое помещение было перекрыто на выход. Мы открыли запертую железную дверь и спасли семь человек. Вывели и затем уже начали тушение. Сложный, конечно, пожар был. Помогали коллеги из Белгорода и других частей», – рассказывают спасатели.
К ответственности за жизни людей на плечи спасателей добавляется ещё и физический груз – тяжёлая экипировка, которая способна сохранить жизнь тем, кто сам спасает других. Один только бронежилет весит около 20 килограммов, а вместе с каской, рукавами и прочим снаряжением – все 50.
«Помимо боевой одежды пожарного, у которой есть свой вес, приходится надевать бронежилет и каску – это ещё около 20 килограммов. Итого снаряжения на 50 килограммов. Ты как муравей тащишь это на себе, работая при высоких температурах и ещё в бронежилете. Очень тяжело», – в один голос говорят спасатели.
Таковы будни приграничных пожарных. Они не выбирают, куда ехать: сегодня – бытовое возгорание, завтра – прилёт. Но каждый раз, когда звучит тревога, они садятся в машину и едут. Даже если в небе уже висит дрон. Даже если знают – охотятся на них.
Фото: предоставлены начальником 52 ПСЧ Артёмом Коптевым
«Знаем как велосипед»
Так шебекинские спасатели говорят о своих медицинских навыках. Учения от самообороны и медиков они прошли основательно, и теория, к сожалению, находит применение на практике.
«В углублённой форме прошли обучение от представителей территориальной самообороны, от руководящих должностей по медицинской службе. К нам приезжали, проводили обучение – как проводить правильно наложение жгута, оценивать раны, эвакуация пострадавших и другое», – отмечает старший прапорщик внутренней службы Николай Афанасьев.
Осколочные ранения у сотрудников собственной части, наложение жгутов, передача пострадавшего в скорую – для шебекинцев, увы, далеко не только примеры из учебника.
«Рассказывают нам периодически. Мы повторяем. В принципе, это, можно сказать, как велосипед. Был случай, когда после обстрела оказывали помощь возле подразделения. Оказывали помощь мужчине, осколочные ранения прямо здесь. Все передали потом в карету скорой помощи, его увезли. Приходится сталкиваться с такими моментами», – рассказывает начальник 52 ПСЧ, старший лейтенант внутренней службы Артём Коптев.
Фото: Алина Хахалева
Год, который оставил след в памяти
2023-й Шебекино оказался под градом атак ВСУ. Город, который дышал, вдруг замер. Люди в спешке и испуге уезжали. В итоге остались лишь разбитые дороги, дома и несколько человек, которых страх не сломил.
«За полтора месяца больше 3,5 тысяч снарядов легло. Пожары были повсюду. Это зона отчуждения, понимаете? Одни выехали. В городе – бабушки, старушки, бойцы и самооборона. Пустой город. Без воды, без света. Чтобы потушить пожар и заправить машину, мы ездили в Маслову Пристань. Это наша тогдашняя реальность», – вспоминает Артём Коптев.
Тогда вместо привычного городского шума, Шебекино гудел лишь двумя звуками: сиренами пожарных машин и разрывами снарядов. В этих условиях даже короткая передышка казалась подарком. Но война редко даёт передышки. И однажды она напомнила о себе с неба – тихо, нагло и смертоносно.
В один из дней беспилотник решил «понаблюдать» за работой спасателей.
«Выехали на место происшествия. Я запомнил этот выезд на всю жизнь. Мне военный показывает большой палец сжатый в кулак. Я ему показываю «класс», нормально всё, справляемся. А он мне указывает в небо. Я голову поднимаю, а там дрон завис. Тогда я понял, что это не совсем класс. В другой из дней БПЛА сбросил гранату. Ребята успели укрыться под балконом. К счастью, никто (не пострадал). Просто повезло», – вспоминает начальник 52 ПСЧ.
Шебекино выстоял, но у каждого, кто остался, воспоминания о тех страшных днях – навсегда в памяти.
«Справляемся через внутреннюю дисциплину»
Работать в таких условиях– непростая моральная задача. Но у шебекинских спасателей есть железное правило, которое спасает: сначала долг, потом чувства. Иначе – выгорание.
«Поддержка друг друга. Так сказать, может это покажется как-то легкомысленно немножко или равнодушно, но если мы каждую ситуацию переживать, нас не хватит. Мы просто морально себя истощим. Справляемся через внутреннюю дисциплину. По прибытии к месту стараешься не «зацикливаться» , что беда и горе у людей. Делаешь свою работу, потом уже приезжаешь в подразделение и всё перевариваешь в голове. Беда у людей, сострадание. Но если вникать в глубину всей ситуации, то мы перегорим», – отмечает старший прапорщик внутренней службы Николай Афанасьев.
«Отпустить» тяжёлые моменты помогают коллеги и комната-релаксации, так её называют спасатели.
«Самая важная комната – это кухня. Чай, перерывчик. Расслабиться немножко, остыть. После пожара главная задача – приведение пожарно-технического вооружения к следующему выезду», – с улыбкой говорит Николай Афанасьев.
Но кухней дело не ограничивается. В части спасатели своими силами оборудовали тренажёрный зал: повесили боксёрскую грушу, купили гири и пару тренажёров.
А есть ещё и комната «психологической разгрузки» – с телевизором, диванчиком, парой кресел, рисунками школьников и компьютером. Там можно ненадолго выключить голову, выдохнуть и снова быть готовым к выезду.
razgruzka3004
1.jpg
2.jpg
3.jpg
4.jpg
5.jpg
«Уходим по-английски»
В профессии, где риски подстерегают на каждом шагу, логика и расчёт соседствуют с иррациональным. Пожарные – одни из самых суеверных людей.
В обычной жизни мы машинально говорим «пока» и жмём руку на прощание. В пожарной части такое поведение – табу. Здесь действует железное правило: поздороваться можно, попрощаться – нет.
«Мы никогда не прощаемся за руку. Ни «пока», ни «до свидания», ни «доброй, спокойной ночи». Так сказать, по-английски. Просто молча. Никогда не желаем друг другу спокойной смены», – говорит старший прапорщик внутренней службы Николай Афанасьев.
Этот ритуал – не странная причуда. Психологически запрет на прощание работает как защита: накликать беду словом легче, чем кажется.
Особое отношение – и к новой форме. Одежда, не знавшая огня и дыма, может «не принять» владельца, не защитить в критический момент. Дать ей отлежаться, «привыкнуть» к месту службы – значит, обмануть судьбу и повысить шансы на возвращение живым.
«Новый сотрудник боевую приносит в часть, но не надевает. Оставляет в части на своих сутках. Ходит в старой боёвке, то есть выполняет свои обязанности. А новая лежит. Чтоб переночевала в части. Чтоб отлежалась. Можно потом по полу немножко повалять», – говорит Николай.
Одна из самых зрелищных и даже весёлых традиций связана с первым выездом новобранца. Вернувшись он проходит обряд посвящения – его обливают водой.
«По традициям, вновь прибывших после первого пожара обливают. Обливаем водой. Это традиция. Первую сажу смываем. Также, кто на пенсию уходит, провожаем, смываем с него сажу», – рассказывают спасатели.
Символизм здесь прозрачен: вода сымвает не только копоть с кожи, но и страх с души. Это ритуальное перерождение – из новичка в боевого товарища. А для ветерана – символическое завершение карьеры, смывание многолетнего налёта опасной работы.
Суеверия проникают даже в самые будничные действия. Например, перед заступлением на сутки категорически запрещается тереть проблесковые маячки на машине.
«Если машину протираешь, ни в коем случае мигалки протирать нельзя перед сутками. Проблесковые маяки нельзя протирать, фары. Это всё уже, да, как бы суеверие, кто верит, кто не верит, как говорится», – делится старший пожарный 52 ПСЧ, сержант внутренней службы Алексей Титаренко.
Они не прощаются за руку, потому что верят в завтрашний день. Они дают «отлежаться» новой форме, потому что знают цену надёжной защите. Они обливают новичков водой, потому что так их принимают в братство. И, возможно, именно эти маленькие ритуалы в совокупности с профессионализмом помогают им возвращаться домой живыми.
Фото: Алина Хахалева
Авторское
Вот такие герои – пожарные 52й части приграничного Шебекино. Те, кто под дронами и гранатомётами идут к горящим домам, а потом спокойно, «по-английски», расходятся по домам, не сказав «до свидания».
Их не сломали ни 3,5 тысячи снарядов за полтора месяца, ни охота вражеских БПЛА, ни 50 килограммов снаряжения на плечах. Они держатся не на громких лозунгах, а на внутренней дисциплине, поддержке друг друга и даже – на вере в приметы, которые для постороннего – просто суеверия.
Война изменила их работу до неузнаваемости. Но сами они остались прежними. Профессионалами, для которых долг всегда на первом месте. И людьми, которые после тяжёлого вызова могут молча сесть на кухне, выпить чай и через час снова сесть в машину и поехать – туда, где ждут, где страшно, где без них никак.
Пока такие люди на посту – город жив. А значит, есть и завтрашний день. Даже, если говорить об этом – суеверие.
Специалисты патрулируют 77 маршрутов общей протяжённостью более 6,2 тыс. км.
Сводкой атак беспилонтиков поделился Вячеслав Гладков.
У него баротравма. ТС повреждено.
